«Мне как гражданину и ученому кажется неприемлемым навязывание доктрины биологического редукционизма как чего-то очевидного, мысли о якобы исключительно врожденной гомосексуальности и бисексуальности. Не для того мы противостоим издевательствам над наукой со стороны клерикальных пропагандистов, чтобы подгонять выводы исследований под доктрины тех или иных ЛГБТ-активистов, какими бы прекрасными людьми они ни были».

 

 

Алек д.Эпштейн /2013

 

 

 

 

 

Гендер и сексуальность как выбор:о консервативных стереотипах антигомофобного дискурса 

 

 

 

 

Про закон гомофобов и лицемеров, принятый нижней палатой российского парламента 11 июня 2013 года, проштампованный Совфедом и подписанный 30 июня кукловодом взбесившегося принтера Владимиром Путиным, написано уже довольно много. В законе этом ни разу не упоминается слово «гомосексуальность», однако именно гомосексуальные отношения этот закон объявляет социально неравноценными так называемым «традиционным», а утверждение о равенстве людей вне зависимости от того, кого они любят, законодательно объявлено «искаженным представлением». Люди, в проницательных умах которых нет места сомнениям, выдвинули не менее пяти конспирологических версий того, зачем и почему это произошло.

 

Известный оппозиционер христианский демократ Олег Козырев считает, что «этот закон – [во-первых] сознательный троллинг Запада и одновременно [во-вторых] попытка расколоть гражданское общество в России», так как «сообщество людей, выходивших на Болотную площадь, состоит из всех групп населения, в т.ч. и из тех, которые разделяют консервативные ценности, семейные ценности, являются верующими людьми». «Для Кремля, – убежден Олег Козырев, – было бы удобно иметь возможность расслоить это сообщество, поляризировать, заставить говорить не о том, что стране нужны выборы, отсутствие политзэков и демократия, и побудить говорить о том, кто что считает грехом, а кто нет и почему»[1]. Прогноз сбылся: после побоища, учиненного гомофобствующими погромщиками в отношении участников мирного пикета ЛГБТ-активистов и их сторонников на Марсовом поле в Санкт-Петербурге 29 июня 2013 года, депутат Законодательного собрания северной столицы от партии «Яблоко» Борис Вишневский назвал игравшего не последнюю роль среди погромщиков члена т.н. Координационного совета оппозиции от националистов Николая Бондарика «фашистом». Последний побежал жаловаться в суд, и теперь социал-либералы и ультранационалисты выясняют отношения между собой в суде[2], а не стоят плечом к плечу в колонне, призванной организовать «Тахрир» в Москве или Питере.

 

Козырев называл и третий интерес властей, выражая мнение, будто «у Кремля есть надежда на основе религиозных радикалов создать небольшую персональную если не Аль-Каиду, то хотя бы небольшую армию хунвэйбинов». Он полагает, что это «всё лучше, чем митинг из трехсот человек во главе с Кургиняном»[3]. Губернатор Ткачев уже создал православные дружины радетелей воображаемых идеалов казачьей нравственности и правопорядка в подведомственном ему Краснодарском крае. Ни одна страна не объявила из-за этого о неучастии в Олимпийских играх, которые в будущем году в отсутствие всяких там Суренов Газарянов (Сурен Газарян – эколог-активист, вынужденный бежать из страны и получивший политическое убежище в Эстонии) должен принять этот гостеприимный край.

 

 

Артемий Троицкий после первого чтения законопроекта нашел в произошедшем совершенно другую подоплеку: «Запустив эффективную дымовую завесу из скандальных законопроектов (а я-то всё недоумевал – ну на х*ра им сдалась эта “пропаганда гомосексуализма”??), наши законодатели тихой сапой провели в первом чтении закон о переводе средств Фонда Национального Благосостояния (88,6 миллиардов долларов на начало этого [2013] года) и Резервного Фонда (62 миллиарда долларов) в управление некоего ОАО “Росфинагенство” – то есть, фактически, в частные (или, как у нас любят, частно-государственные) руки!»[4]. Законопроект о Росфинагентстве в тот же день в том же первом чтении был принят голосами 240 депутатов от той единственной партии, которая только и может принимать в современной России любые законы, не утруждая себя убеждением оппонентов с той или иной стороны. Кстати, позицию Артемия Троицкого, вестимо, не сговариваясь с ним, озвучила в самой нижней палате бывший министр Оксана Дмитриева: «Мне представляется, что многочасовые обсуждения Pussy Riot, внесение в сегодняшнюю повестку дня антитабачного закона и другие подобные вопросы – это лишь дымовая завеса для рассмотрения законопроекта о создании Росфинагентства»[5]. Если говорить начистоту, то никаких – ни многочасовых, ни даже несколькоминутных – обсуждений Pussy Riot в Госдуме ни в тот день, ни вообще в январе 2013 года не было. Группа и ее участницы упоминались всего два раза, 16 и 22 января, оба раза – в уничижительном ключе в выступлениях нестареющего перфомансиста Владимира Жириновского, и, как свидетельствуют протоколы, впредь разговоры о них не возобновлялись. Вероятно, под «многочасовым обсуждением Pussy Riot» Оксана Дмитриева имела в виду тот самый законопроект гомофобов и лицемеров, представленный ее соратницей по фракции Еленой Мизулиной, пусть даже его обсуждение в нижней палате обошлось без единого упоминания Нади Толоконниковой, Марии Алехиной и их соратниц. Впрочем, справедливость требует упомянуть, что 13 июня 2013 года, т.е. спустя всего два дня, как закон о социальной неравноценности разных типов любви был утвержден нижней палатой в окончательном, третьем, чтении, Путин передумал создавать Росфинагентство[6], и нижняя палата забыла о нем, как будто ничего и не было.

 

 

Олег Кашин, не сомневаясь, что этот — и другие репрессивные законопроекты последнего времени – «конечно же, исходят из Кремля и зачем-то ему нужны», называет закон гомофобов и лицемеров важнейшим элементом «сознательного выстраивания новой линии обороны вокруг Кремля». «Если завтра по какой-то причине Кремль снова окажется перед необходимостью символической либерализации, возможностей для нее окажется несравнимо больше, чем год назад… Чтобы отменить принятые за последний год законы, потребуется еще один год, – предрекает Олег Кашин. – Чем больше безумных законов сейчас, тем больше реформ потом. Принимая сегодня странные законы, нынешняя власть создает повестку для будущего президента, кто бы им ни стал». При этом «самый дикий закон — это закон о борьбе с пропагандой гомосексуализма, который, если его все-таки примут, легализует вполне фашистскую дискриминацию по отношению к целой категории граждан страны. И, между прочим, если до сих пор права геев почти никого не интересовали, то этот закон превращает права ЛГБТ в самую серьезную политическую претензию к российской власти. И любой новый президент, хоть преемник Путина, хоть последовательный и честный депутинизатор, просто будет вынужден начать с реабилитации геев»[7]. С тех пор, как это было написано, прошло полгода, и пока что с какой-либо необходимостью символической либерализации режим не столкнулся. Скорее, напротив, репрессивная кампания лишь набирает обороты: политзаключенные 6 мая продолжают находиться за решеткой; единственный мэр областного центра, выступавший на митингах против партии жуликов и воров, арестован; целый ряд правозащитных НКО и их руководителей были признаны судами виновными в том, что не стали регистрироваться в диком качестве иностранных агентов; к закону о реестре запрещенных сайтов был добавлен закон  о блокировании Интернет-сайтов без суда и т.д.

 

Итак, пять конспирологических теорий, предлагающих считать принятие закона гомофобов и лицемеров действием, никак не связанным с его содержанием: 1) позлить Запад, еще раз продемонстрировав ему тщетность его усилий повлиять на нынешнюю российскую власть; 2) рассорить между собой слившихся в странном экстазе не-пойми-кого-координирующего Координационного совета оппозиции левых и либералов, с одной стороны, и национал-консерваторов и державников, с другой; 3) «создать небольшую армию хунвэйбинов», читай – православных дружин погромщиков-«казаков»; 4) «умыкнуть казну», переведя суммы, примерно равные всему годовому бюджету России, в не очень понятно чьи руки; и 5) создать запас возможных будущих уступок власти протестному электорату, если и когда этот электорат вынудит власть идти на какие-либо уступки — чем властью делиться, регистрировать оппозиционные партии и вводить прямые губернаторские выборы, проще перестать запрещать и без того нигде не звучащую «пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних» – и, глядишь, уже и наступили долгожданные реформы!

Нужно сказать, что последний раз цивилизованная страна приняла ханжеский закон о запрете пропаганды гомосексуальности ровно четверть века назад, в 1988 году, в Великобритании, и десять лет назад закон этот был отменен[8]. Ни в одной цивилизованной стране ничего подобного больше нет, а разговаривать с теми, кто равняется на хомейнистский Иран или Сомали, едва ли есть о чем. Спорить с гомофобами – занятие интеллектуально не вдохновляющее. С моей точки зрения, куда интереснее вчитаться в аргументы тех, кто находится в нынешней России на переднем крае борьбы против гомофобии. Имена этих храбрых людей известны, и я горжусь личным знакомством с ними обоими.

 

Андрей Насонов был одним из тех, кто организовал первый пикет против закона гомофобов и лицемеров вне Москвы: в акции, состоявшейся в Воронеже 20 января 2013 года, приняли участие менее десяти человек, но это был первый прецедент ЛГБТ-активизма такого рода. Насколько можно судить, вторым таким заранее анонсированным пикетом за права геев, стал выход в центр Казани 30 июня 2013 года Дмитрия Исакова, на которого оказывалось сильнейшее давление с целью сорвать этот пикет, и который был немедленно грубо задержан полицейскими, как только вышел с плакатом к памятнику Шаляпину[9]; больше подобных прецедентов вне Москвы и Питера пока не было. Воронежский городской портал не погрешил против истины, указав, что пикет «обернулся вспышкой ненависти и насилия, которые испытали на себе вышедшие протестовать против закона “о пропаганде гомосексуализма” граждане. Противники нетрадиционной сексуальной ориентации, заранее занявшие Никитинскую площадь, где должно было проходить протестное мероприятие, сначала атаковали подошедших активистов снежками и оскорблениями, а затем не остановились и перед попытками рукопашных схваток. На стороне атаковавших было несколько сотен человек… Присутствовавшим сотрудникам полиции с огромным трудом удалось остановить расправу, однако избежать травм активистам ЛГБТ-движения все-таки не удалось – цепь полицейских и ОМОНовцев неоднократно прорывалась, и протестующих избивали…  Одному из них, Андрею Насонову, потребовалась медицинская помощь»[10]. Елена Костюченко, чья запись «Почему я сегодня иду на гей-парад» в мае 2011 года собрала рекордные для блогосферы Рунета десять тысяч откликов[11], и которая в ходе этой акции подверглась хулиганскому нападению, 19 декабря 2012 года, а затем 22 и 25 января и 11 июня 2013 г. приходила со своими друзьями и единомышленниками к стенам нижней палаты в Москве; акция получила название «День поцелуев». Против ЛГБТ-активистов и их сторонников собирались группы вандалов и хулиганов, однако полиция по трудно доступным для понимания причинам раз за разом задерживала тех, кто мирно целовался, но не тех, кто нападал, дрался и кидался в участников акции яйцами. Как бы то ни было, в настоящее время именно Андрей Насонов и Елена Костюченко – наиболее резонансные спикеры протестного движения, безуспешно пытавшиеся сорвать принятие гомофобного закона на федеральном уровне. Уважение к ним очень многих людей является как следствием их личного мужества и харизмы, так и результатом того, что они не представляют никаких организаций, не являются какими-либо чиновниками и делают то, что делают, совершенно бескорыстно. К тому же оба они – вежливые и адекватные люди с близкой многим социал-либеральной гражданской позицией.

И что же пишут, отстаивая свою позицию, Андрей Насонов и Елена Костюченко?

Во-первых, оба они убеждают, что «гомосексуальность – врожденное качество человека. Как и бисексуальность, как и гетеросексуальность. Как цвет глаз, цвет волос и так далее. Уверяю вас, стать геем нельзя, геем можно родиться», – говорит Андрей[12].

 

«Ориентация – это физиологическая характеристика, данная каждому с рождения. Она неизменяема», – вторит ему Лена, добавляя: «Мы все знаем это, давайте не будем притворяться»[13]. Если честно, я этого не знаю, мне представляется, что это – очень сомнительные с научной точки зрения утверждения.

«Генетика обогащает наши представления о природе и детерминантах однополой любви, но отнюдь не является универсальной отмычкой», – отмечал в этой связи Игорь Кон в книге «Лики и маски однополой любви»[14]. «Одной лишь наследственностью объяснить гомосексуальность никак нельзя. Более того, само наличие генов гомосексуальности или предрасположенности к ней еще не объясняет механизма образования этой ориентации», – вторит ему автор книги «Другая любовь» Лев Клейн[15]. Суммируя главу о проведенных в этой связи исследованиях, Френсис Мондимор пишет в книге «Гомосексуальность. Естественная история»: «Полученные результаты показывают, что даже максимально возможное глубокое знание биологических основ сексуальной ориентации может обеспечить лишь частичное понимание явления гомосексуальности»[16]. Это цитаты из важнейших книг, посвященных гомосексуальности, написанных известными и очень серьезными учеными. Я не требую, разумеется, от активистов, чтобы они занялись научными исследованиями вместо своей правозащитной деятельности, но мне как гражданину и ученому кажется неприемлемым навязывание доктрины биологического редукционизма как чего-то очевидного, мысли о якобы исключительно врожденной гомосексуальности и бисексуальности. Не для того мы противостоим издевательствам над наукой со стороны клерикальных пропагандистов, чтобы подгонять выводы исследований под доктрины тех или иных ЛГБТ-активистов, какими бы прекрасными людьми они ни были.

Интеллектуальная честность хороша не только и не столько как инструмент в борьбе со своими оппонентами, она важна сама по себе. Может быть, принцип «врожденной гомосексуальности» удобен в политической борьбе (я, кстати, очень не уверен и в этом), но если мы будем подменять научные выводы соображениями политической целесообразности, то чем мы лучше тех, кому мы пытаемся противостоять?

Во-вторых, аргументация о «врожденной гомосексуальности» кажется мне категорически неприемлемой еще и потому, что она лишает человека того наиважнейшего, что только и оправдывает правозащиту как таковую – права на выбор. В настоящее время в либеральной политической культуре считается общепринятым право человека на свободный выбор своей национальной и конфессиональной идентификации. Ничто не мешает еврею, предки которого были раввинами, считать себя русским и исповедовать православие: так, например, отец погибшего в 1990 году протоирея Александра Меня учился в еврейской религиозной школе, а дедушка преподавателя Иваново-Вознесенской духовной семинарии иеромонаха Макария – писавший на языке идиш расстрелянный в 1952 году поэт Перец Маркиш, в отрочестве певший в синагогальном хоре. Аналогичным образом важно бороться за право каждого человека на свободный выбор своей гендерной идентичности и сексуальной ориентации. При этом, как уже неоднократно отмечалось в научной литературе, важно не смешивать сексуальную самоидентификацию (кем себя считает человек), сексуальное поведение (с кем он вступает в сексуальные отношения) и сексуальную социализацию (кем он себя назовет, если спросить), которые во многом определяются социальными нормами.

В опубликованной еще в 1978 году книге The Bisexual Option американский исследователь Фред (Фриц) Клейн (1932–2006), понимая, что желаемый идеал половой жизни не обязательно совпадает с фактическим половым поведением индивида, ввел несколько шкал, учитывающих различные факторы, которые влияют на сексуальную идентичность индивида: сексуальное влечение (к кому человека сексуально влечет?), сексуальное поведение (с кем человек действительно имел секс?), сексуальные фантазии (о ком сексуально мечтает данный индивид?), эмоциональные предпочтения (симпатизирует ли данный индивид только лицам противоположного пола, или только своего пола или обоих полов?), социальные предпочтения (с людьми какого пола данный индивид предпочитает социализироваться и дружить?)[17].

«Решетка Клейна» также отражает представление о том, что если два человека имеют одинаковую сексуальную идентичность или сексуальную ориентацию, это не обязательно означает, что они имеют одинаковые сексуальные практики или одинаковое сексуальное поведение.

Ф. Клейн также отметил, что человеческая сексуальность (и, в частности, степень предпочтения гомо- или гетеросексуальности) может меняться в течение жизни, предложив, поэтому, шкалу сексуальной ориентации с тремя измерениями, фиксирующими сексуальный опыт и фантазии человека в трех временных периодах: в настоящее время (последние 12 месяцев на момент интервью), в прошлом (с начала половой жизни и до года перед интервью) и будущий идеал половой жизни, каким он представляется самому человеку (который также более или менее точно отражает будущие намерения, предвидения и предчувствия индивида относительно своего полового поведения). Позволяя учет этих и других многообразных жизненных факторов, многомерная шкала-решетка Клейна позволяет продвинуться существенно дальше для понимания природы человеческой сексуальности. Употребляя лишь один термин «гомосексуальность» и синонимичный ему термин «ориентация», настойчиво отстаивая тезис о врожденности и предопределенности, активисты российского ЛГБТ-движения фактически отбрасывают дискуссию по данным темам как минимум на тридцать пять лет назад. Это, конечно, несравнимо лучше употребляемого в ряде региональных законов термина «мужеложство», но тот факт, что депутаты тех или иных палат дремучи и несведущи в исследованиях сексуальности, с моей точки зрения, не дает активистам права вести полемику, используя риторику полувековой давности.

В-третьих, и Андрей Насонов, и Елена Костюченко отстаивают ложный с точки зрения исторической науки тезис о постоянной доли геев и лесбиянок во всех человеческих сообществах. «Геев всегда был один и тот же процент (3–5%) во все времена», – пишет Андрей[18]. Елена, видимо, посчитав те самые 5% от населения России, обращаясь к Олегу Козыреву, утверждает: «7 миллионов твоих сограждан не могут перестать быть гомосексуальными – ни на время, ни навсегда». Вообще говоря, даже и не вспоминая о хорошо всем известной Древней Греции, уместно заметить, что еще в своих книгах, изданных в 1948 и 1953 годах Альфред Кинси (1894–1956) указывал, что человеческая сексуальность подвержена изменениям во времени. Вместо трех категорий (гетеросексуальность, бисексуальность и гомосексуальность) Альфред Кинси и его соавторы использовали семикатегорийную систему. Шкала Кинси ранжировала сексуальное поведение человека от нуля до шести, где 0 означал исключительно гетеросексуальное, а 6 – исключительно гомосексуальное поведение. При этом 1 означало индивида, который в основном гетеросексуален, но изредка практикует, практиковал или мог бы практиковать гомосексуальные контакты, 2 – индивида, который в основном гетеросексуален, но практикует и гомосексуальные контакты, 3 – индивида, который примерно в равной степени практикует гомосексуальные и гетеросексуальные контакты, 4 – индивида, который преимущественно гомосексуален, но практикует и гетеросексуальные контакты, и 5 – индивида, который в основном гомосексуален, но изредка практикует гетеросексуальные контакты. Отчеты Кинси, в частности, указывали, что приблизительно 37% опрошенных мужчин имели в своей жизни хотя бы один гомосексуальный контакт. При этом 12% белых мужчин в возрасте от 20 до 35 получили рейтинг «3» по шкале Кинси, то есть оказались приблизительно в равной степени гомосексуальны и гетеросексуальны по своему опыту в течение своей взрослой жизни. Исследования Кинси также показали, что около 10% опрошенных американских мужчин были «более или менее исключительно гомосексуальны в течение не менее трёх лет между 16 и 55 годами» (то есть относились к категориям «5» и «6»)[19]. За прошедшие с тех пор шесть десятилетий выводы Кинси и его коллег неоднократно становились предметом научной полемики, но все же отметим, что ни о каких 3–5% и ни о каком врожденном постоянстве тут и речи нет, и, заводя этот разговор, активисты уж очень далеко уходят от результатов научных исследований. Вероятно, им кажется более безопасным говорить о постоянной доле гомосексуалов и лесбиянок в 3–5% населения, чем о том, что где бы то ни было 37% опрошенных мужчин имели в своей жизни хотя бы один гомосексуальный контакт, но во спасение ли такая ложь? Не уверен. В целом же логика отстаивания процентных квот бесконечно далека от принципов либерального равенства, она очень и очень консервативна.

В-четвертых, всё тот же А. Кинси ввел в своих работах дополнительную категорию, обозначенную буквой X – она была нужна для категоризации тех, кто не испытывал никаких сексуальных желаний (асексуалов). За прошедшие с тех пор шестьдесят лет наука и правозащита рука об руку прошли огромный путь, и борьба за признание и права асексуалов, а также агендеров, транссексуалов, трансгендеров (все эти понятия, естественно, разные!) и других групп людей не менее важна, чем борьба за права гомосексуалов. Не забудем, что Шкала гендерной идентичности Гарри Бенджамина, конкретизирующая типологию трансгендерности, была опубликована еще в 1966 году[20], а в 2002 году вышла книга «GenderQueer: Voices from Beyond the Sexual Binary»[21]. Концепции гендерной вариативности, гендерной трансгрессивности и пансексуальности слишком важны, чтобы о них можно было забыть даже в пылу политической борьбы. Форм сексуального влечения и поведения очень много, и совсем не всегда первостепенное значение имеет биологический пол и даже гендер партнера, а не, например, цвет его/ее кожи, возраст (возможен как вариант эфебофилии, так и геронтофилии) или общность тех или иных разделяемых фетишей. Сексуальное влечение может вообще не быть направлено на людей, а, например, на огонь (пиролагния). Возбуждать могут звуки (эксаудиризм), запахи (озолагния). Если депутаты хотят отбрасывать самих себя от эпохи гендерквира к эпохе мужеложства, это их личное дело, но очень важно всё же не последовать за ними по этому же пути, ибо этот путь сам по себе оставляет «за рамками» большое количество людей, имеющих несомненное право на самоидентификацию. Борьба за право моногамных гей- и лесби-пар на регистрацию своих браков – борьба важная и нужная, но ею ни в коем случае нельзя ограничиваться. Бороться за то, что земля не стоит на трех китах (или слонах), конечно, никогда не лишне, если те или иные думы надумают утверждать обратное, но если вся наша борьба вернется к отстаиванию идей, сформулированных еще Коперником и Галилеем, то горе нам; аналогично и тут.

В печати уже не раз отмечалось, что само обсуждение гомофобных инициатив открывает невиданные прежде возможности для широкого обсуждения круга тем, связанных с отказом от идеологии гетеронормативизма. Этими возможностями нужно пользоваться, не загоняя себя в клетку, терминологические и идеологические решетки которой бесконечно далеки как от достижений современной науки, так и от жизненных реалий. Активисты сегодняшнего дня показали себя чрезвычайно храбрыми людьми, и эта их храбрость достойна самого искреннего уважения. Однако интеллектуально отстаиваемая ими повестка дня очень консервативна. Поддерживая Андрея Насонова и Елену Костюченко граждански, политически и по-человечески, необходимо все же сформировать иную повестку дискурса о гендере и сексуальности, чем та, которую они отстаивают. Важно, конечно, не скатиться к сталинско-гитлеровскому законодательству 1934–1935 годов (именно тогда в обеих странах были введены законодательные акты, предусматривавшие тюремное заключение за добровольные гомосексуальные контакты), но при этом хорошо бы не возвратиться и на тридцать – пятьдесят лет назад. Отстаивать свою самобытность нужно без того, чтобы использовать ложные клише, даже если они как будто и позволяют выглядеть менее угрожающе в глазах – чьих? Гомофобов этим всё равно не убедить, а людям, которые ищут признания своей самобытности, требуется признание именно их права быть такими, какими они есть – разными, меняющимися, развивающимися и имеющими право на уважение и признание уже в силу того, что они рождены людьми.

 


Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Просмотров: 479

Комментарии